
— Сколько таких рек? — Степан поднял голову. — Две, десять, сорок? Сколько будет шкур?
— Хороший вопрос. Я не знаю, сколько будет шкур. Но ты возьмешь у них только по два бобра с каждой реки. И за каждую пару дашь по одному моему чеку. С собранными шкурами приходишь на почтовую станцию — индейцы проводят тебя, это пять миль — и ждешь меня там. Через два или три дня я буду ехать обратно через станцию, заберу шкуры и оставшиеся чеки. А ты получаешь по доллару за каждую пару и десять долларов за работу.
— Сколько? — переспросил Степан. Ему приходилось жить на доллар в день, но он сомневался, что обнаружит в этом лесу лавку с чипсами, крекерами и бесплатной водой. — Десять?
— Мне понятно твое удивление. Но мои работники всегда хорошо зарабатывают, — без тени иронии произнес профессор. — А в сезон кроме разовых выплат они получают еще и тридцать долларов в месяц. В этих краях можно неплохо жить с такими деньгами. Согласен?
— Я получаю долларами или вашими чеками?
— Конечно, долларами. Магазины принимают чеки только от индейцев. Итак, твое решение?
Гончар не торопился отвечать. Конечно, предложение профессора было как нельзя кстати. Задание нетрудное, заработок гарантирован, кормежка — тоже. Кроме того, Степану нравилась эта компания. По крайней мере, они его подобрали, обогрели. За таких людей надо держаться, особенно в чужой стране. Смущало Степана только одно обстоятельство — он никогда не имел дела с индейцами. Но все, что он знал о краснокожих, не прибавляло ему энтузиазма.
